1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

История Marussia Motors — почему проект потерпел крах

История Marussia Motors — почему проект потерпел крах

Статья о проекте Николая Фоменко по выпуску суперкаров Marussia Motors — история компании и причины ее краха. В конце статьи — интересное видео о немецком тест-драйве модели Marussia B2!

Содержание статьи:

  • История Marussia Motors
  • Причины краха компании
  • Могло ли все закончиться успехом
  • Видео немецкого теста Marussia B2

Проект Marussia Motors начинался очень эпатажно. Звучали громкие заявления, строились амбициозные планы. Организатор компании шоумен Николай Фоменко хотел выпускать и продавать по 500-700 суперкаров в год, составив таким образом серьезную конкуренцию Lamborghini, Ferrari и Porsche.

Однако громкие речи закончились ничем. Через 7 лет компания обанкротилась. Почему это произошло? Кто виноват? Могли ли российские «Маруси» на равных конкурировать с зарубежными аналогами? Давайте разбираться.

История компании Marussia Motors

Компания Marussia Motors (Маруся Моторс) была основана в 2007 г. актёром, шоуменом и гонщиком Николаем Фоменко и предпринимателем Ефимом Островским. Компания планировала заниматься производством спорткаров под маркой Marussia.

Уже через год был представлен первый автомобиль Marussia B1, чуть позже было объявлено о выпуске второго варианта суперкара B2. Летом 2010 года был презентован концепт кроссовера Marussia F2. Но ни один из этих автомобилей так и не вышел в массовое производство.

В конце 2009 г. Marussia Motors стала партнером Virgin Racing Ричарда Брэнсона и приняла участие в Формуле-1. Новая команда начала называться Marussia Virgin Racing, а Николай Фоменко стал в ней главой инженерного подразделения.

Сезон 2011 года завершился для команды не очень удачно, она не набрала очков. В 2012 году машина команды Маруся MR-01 не прошла обязательные краш-тесты, поэтому не смогла участвовать в заключительных заездах.

Но череда неудач не останавливала Фоменко. Хотя он и понимал, что дела идут неважно, но думал, что новые источники финансирования решат проблемы. Его компания совместно с НАМИ выиграла тендер проекта «Кортеж» по созданию отечественного лимузина для президента РФ и джипа сопровождения для охраны.

В дальнейшем планировались производство представительских авто для всех желающих. Однако получателем бюджетных средств (12 миллиардов рублей) стал государственный НАМИ. Директор НАМИ Максим Нагайцев отказался от услуг Marussia, поэтому Фоменко опять оказался у разбитого корыта.

Но шоумен не унывал. В начале 2013 г. компания пыталась получить заказ от Минобороны на разработку тактико-технических средств к многоцелевому вседорожнику («Суша-2»). Но это, скорее, напоминало агонию в попытке отыскать деньги. Ведь компания Marussia, в принципе, не могла в полной мере удовлетворить все требования военных закупщиков.

8 апреля 2014 г. Фоменка заявил о закрытии Marussia Motors. Работа над проектами была прекращена. Сотрудникам перестали платить зарплату. Долго продолжались судебные разбирательства, по которым Николай Фоменко должен быть выплатить банку «Петрокоммерц» 65,5 млн. руб. за кредит, предоставленный еще в 2011 году. Но на днях Мосгорсуд отменил это решение, поскольку правопреемник банка Павел Губнин отказался от исковых требований.

Почему проект Marussia потерпел крах

Давайте попробуем разобраться, что же послужило причиной подобного бесславного финала. Можно выделить несколько основных причин провала компании:

    Ключевой причиной провала является неправильный выбор стратегии развития компании. Нельзя заниматься производством спорткаров без серьезной технической и финансовой поддержки. Это приведет к провалу — вопрос только во времени, когда наступит крах.

И доказательств тому уйма. Marussia – это не первая и, увы, не последняя компания, павшая жертвой выбора неправильной стратегии. Несколько лет назад обанкротилась голландская фирма Spyker, которая тоже грезила славой Ferrari. А компания Venturi из Франции наглядно доказала, что небольшое количество проданных спорткаров и участие в Формуле-1 ведут к катастрофе. Казалось бы, на ошибках нужно учиться, но компания Николая Фоменко один в один повторила ошибки своих предшественников.

Задор, безрассудство, недальновидность и отсутствие предпринимательской хватки Николая Фоменко. Безусловно, в банкротстве компании лежит определенная вина и на ее создателе. Marussia фактически полностью была детищем Фоменко. Он генерировал большинство идей, находил партнеров и финансирование, но при этом допустил много тактических и стратегических ошибок, сыгравших роковую роль в судьбе его фирмы.

Николай постоянно делал громкие заявления, но забыл, что, ввязавшись в этот проект, он перестал быть шоуменом. Ему нужно было стать бизнесменом, который не просто бросается пустыми фразами, а доказывает все реальными делами. Но это ему не удалось. Он так и остался шоуменом.

О чем можно говорить, если у него не было никакого бизнес-плана. Весь проект развивался по воле случая. Не понятно, каким образом он планировал продавать более 500 спорткаров ежегодно. К тому же в разных странах. Такие тиражи не снились Ascari, Wiesman, Noble, Gumpert, Caparo даже вместе взятым. Почему тогда Фоменко решил, что его «Маруся» станет такой популярной? По всей видимости, это было лишь его мечтой.

Причем следует отметить, что Николай долгое время работал главным редактором солидного автомобильного издания, поэтому наверняка знал, что на мировом рынке спорткаров сливки снимают только крупные игроки (Ferrari, Porsche, Lamborghini), а всем остальным приходится довольствоваться только крохами с царского стола.

Но Николай Фоменко все равно регулярно делал такие заявления, которые многих экспертов приводили в недоумение. Если, конечно, рассматривать их с позиции шоумена, то такой голословный пиар может быть уместным, однако это показывает, что предприниматель из Николая никакой.

К ошибкам также можно отнести оснащение Marussia двигателями со слабой мощностью. 300-сильная силовая установка Nissan для спортивного автомобиля явно слабовата. Ведь некоторые хэтчбеки оснащены более мощным мотором.

Позже начали устанавливать 360-сильный мотор Cosworth и турбомотор на 420 «лошадок», но они не смогли кардинально улучшить положение Marussia. С такого двигателя (возможно, даже более мощного) нужно было начинать, но не заканчивать.

Следующая ошибка – работа по разным направлениям. Ещё не довели до ума Марусю B1, как начали разрабатывать модель В2, внедорожник F2 и участвовать в Формуле-1. Не может небольшая компания с ограниченным финансированием одновременно производить несколько моделей и участвовать в Формуле. Это безумие. Причем следует отметить, что на то время не было продано ни одного автомобиля.

Тут можно привести пример компании Gumpert. Её создатель Роланд Гумперт сотрудничал с Audi и несколькими научными институтами. Он основательно подошел к самому проекту (с традиционной немецкой педантичностью).

Его спорткар Gumpert Apollo вызвал много восторженных откликов, поскольку автомобиль действительно получился хорошим. При этом Гумперт вел себя довольно сдержанно, не делал громких заявлений, не участвовал в Формуле-1 и всячески рекламировал свою разработку. Но даже при таком взвешенном и продуманном подходе компания Роланда Гумперта разорилась. Это очередной раз доказывает сложность осуществления таких проектов.

Отсутствие компетентной команды. Николая окружали люди, которые не могли ему возразить. Поэтому в компании было много некомпетентных сотрудников, что и стало одной из причин банкротства «Маруси».

Как рассказывали работники компании, они закупали оборудование из Китая по ценам немецких аналогов. Но затем выяснялось, что купленное оборудование не работает должным образом. Закупили английские и итальянские запчасти, а они оказывались не нужными.

С таким подходом далеко не уедешь. Вот «Маруся» никуда и не доехала. После банкротства компании прототипы незаконченных суперкаров хранятся в полузаброшенных складах или вовсе стоят под открытым небом.

Могло ли все закончиться успехом

Да, могло! Точно никто не знает, сколько средств потеряли инвесторы, которые поверили в этот проект. Однако сумма может измеряться сотнями миллионов долларов. А ведь нужно было просто потратить эти деньги с большей выгодой.

Но русская душа захотела всего и сразу. Автомобиль не был еще доведен до ума, а его цена уже составляла 4,5 миллиона рублей (150 тысяч долларов по тогдашнему курсу). Это крайне дорого. Хотя Николай и заявлял, что нашел 500 покупателей. Но, скорее всего, его слова были очередным пиаром. Вряд ли кто-то готов был выложить такие деньги в кризисном 2009 году.

Но однозначно нашлись бы покупатели на качественный 500-сильный отечественный автомобиль за 60-80 тысяч долларов. Нужно было только хорошо разрекламировать спорткары. А на рекламу деньги были, так как не пришлось бы тратиться на Формулу-1 и разработку внедорожника.

Конечно, нужно было набраться терпения. За несколько лет бренд Marussia получил бы популярность и закрепился на рынке. Только после этого можно было повышать цену и браться за разработку новых моделей.

Самоокупаемость таких проектов – долгий процесс, причем не всем компаниям удается получить прибыль. К примеру, Lamborghini окрепла только после сотрудничества с Audi, а ведь за этой компанией стоит немецкий концерн Volkswagen с огромнейшими ресурсами. Тот же McLaren начал полномасштабный выпуск авто только после финансовых вливаний арабских инвесторов.

Ему нужно было начать эту бесславную эпопею с проведения маркетингового анализа, чтобы четко понимать, что и за какую цену нужно рынку. Хотя опытному Роланду Гумперту даже тщательный анализ не помог избежать банкротства. И не ему одному.

Стоит отметить, что Николай Фоменко, похоже, особо не расстраивается по поводу краха Marussia Motors. Ведь уже сразу после объявления о банкротстве он со своей группой «Секрет» дал большой юбилейный концерт. Сейчас Николай снимается в телепрограммах, в кино, играет в спектаклях. Он по-прежнему неутомим, хотя имеет уже трех внуков. А свою любовь к автомобилям он наверняка еще реализует.

Выводы

Производством спорткаров могут заниматься только истинные энтузиасты. В большинстве случаев они разоряются, но без них было бы скучно. Возможно, история Marussia еще не закончилась окончательно, и в России появятся свои достойные спорткары.

Отрицательный опыт придает мудрости. Если кто-то из русских в будущем захочет снова создать настоящий отечественный спорткар, пусть тщательно изучит ошибки своих предшественников. Только тогда все получится!

Видео теста Marussia B2:

Marussia не состоялась из-за менеджмента: российский суперкар глазами конструктора

Казалось бы, к чему ворошить прошлое? «Маруся» окончательно приказала долго жить еще в 2015 году. Но у нас появилась возможность узнать интересные подробности о появлении и сложностях развития проекта Marussia со слов непосредственного создателя — автомобильного конструктора и автоспортивного промоутера Игоря Ермилина. Это одна из трех частей интервью с ним — в первой мы вспоминали Lada Revolution и другие кольцевые серии, а в третьей узнаем некоторые подробности о грядущем суперкаре «Волк».

К.: Как писали в СМИ, главной причиной провала Marussia было то, что финны из Valmet Automotive, которым отдали машину на доводку, якобы сказали, что проект слишком сырой, и его фактически надо переделывать заново. И у инвесторов не хватило на это денег. Лучше вас никто не знает, сырая была конструкция или нет. Проясните, правы ли были финны в своих оценках?

И.Е.: Вопрос интересный, и Valmet с таким посылом — не единственное типичное лицо. Когда мы с Marussia выходили на европейских партнеров, то они в основном оказывались «партнерами» в том смысле, как Владимир Владимирович говорит, поскольку вели себя они примерно так же, как «партнеры» Путина.

Приходишь в компанию и говоришь: мне нужно вот это, это и это. А дальше многое зависит от того, кто приходит. Если приходят наши коммерческие менеджеры из проекта Marussia, начинается страшное «разводилово» по полной программе. «Вы нам главное денег дайте, а мы все-все сделаем».

Скажем, делаем европейскую сертификацию и краш-тест. Отправляем 3D модели и машину. Они все смотрят и присылают заключение: «Мы все посчитали, и краш-тест она не пройдет». Наши менеджеры мне говорят: «Надо переделать». Спрашиваю: почему? Они: «Не пройдет, и все. Нужно переделать». Я: «Что переделать? Я переделаю!» И в таком виде разговор ведется примерно полтора года.

Я предлагаю: давайте ударим машину, она полтора года существует и находится в Европе. Мне отвечают: «Но это дорого!» Говорю, что полтора года стоять и не двигаться никуда в проекте — это еще дороже. Мы ведь полтора года работаем, строим экспериментальные машины и не можем двинуться вперед в конструкции, поскольку «не знаем», то ли мы строим. Давайте ударим!

Но и у нас в Marussia был очень разный персонал. Были внятные люди, были невнятные. Я уже ушел из Marussia, и как-то технический директор звонит мне и говорит: «Игорь Васильевич, хочу вас поздравить. От партнеров пришло письмо.

Они машину ударили. И пишут, что несмотря на все их сомнения, машина прошла краш-тест.» То есть, полтора года мурыжили, а в итоге все успешно прошло, причем, как сказали нам потом их инженеры, лучше, чем у последних на тот момент Lamborghini и McLaren.

Читать еще:  Обзор Haima S5 Young 2017

И вот встречаются представитель коммерческого отдела и инженер — по паре от нашей и от европейской компании. Разговор идет такой: да, машина прошла краш-тест, все хорошо. Но знаете, есть одна проблема. Кривая ускорения при ударе настолько плавная, что у нее нет выраженного пика для срабатывания подушек безопасности. То есть, при ударе по датчикам в районе головы водителя замедления составляют не более 80% от критических, а у пассажира — вообще 60. И при этом так ровненько…

Обычно ведь как: машина ударяется лонжероном — пик. Удар дошел до двигателя — пик. И вот на эти пики обычно и настраивают датчики подушек. А у нас все настолько хорошо, что пиков нет! А по контракту компания должна провести краш-тест, сделать анализ результатов, откалибровать систему, выдать свои рекомендации по использованию тех или иных компонентов и подтвердить сертификацию. Были бы эти пики — им не нужно было бы работать с датчиками, заниматься калибровкой. То есть, они получили бы деньги за полный объем работ, ничего бы этого не делали, выдали результат и прекрасно себя чувствовали. А тут придется действительно работать — а не хочется.

Или вот еще с чем мы столкнулись. Следующим компонентом, который мы должны были сертифицировать, были тормоза. Отправляем в Европу нашу конструкцию. У меня стоят американские спортивные тормоза Wilwood, которые я, как проектировщик, подбирал таким образом, чтобы диски были не очень большие, порядка 300 мм для 20-дюймовых колес. Коля Фоменко даже сказал, что такие маленькие диски в такие автомобили вообще не ставят.

Легкая четырехпоршневая тормозная скоба весом всего 2 килограмма. Предельное давление, определенное производителем в тормозной системе — всего 80 атмосфер. И все у меня рассчитано таким образом, что на шинах Pirelli с коэффициентом сцепления больше единицы усилие на педали без усилителя — 40 кг, и при давлении в системе 40 кг колеса блокируются, если при этом использованы тормозные колодки, которые вместо коэффициента трения 0,42 обеспечивают 0,7. Можно ставить прогретые слики с коэффициентом сцепления 1,6 — 1,7, и при том же усилии и давлении в 40 кг колеса будут блокироваться.

В общем, отправляем мы это все в Европу и получаем ответ: нужен тормозной диск не более 260 мм и однопоршневая плавающая тормозная скоба. Почему? Да потому что автомобиль весит всего 1 000 кг. И это для спорткара! Мы стали разбираться, и оказалось, что работать с Marussia компании не интересно. Маленький объем выпуска и вообще маленький бизнес.

Поэтому работу по проекту отдали какому-то инженеру, который не расчетчик, не проектировщик и не конструктор. А в Европе лет 30-40 назад проектировщики сформировали некий алгоритм подбора тормозных механизмов и записали все в программу. За эти годы к программе добавилось некое количество каталогов по тормозным механизмам, и когда инженер получает задание, он просто вводит в программу параметры автомобиля: колесная база, центр тяжести, масса, тип шин… И программа входит в каталог и выдает из него конкретный механизм. В итоге они нам подобрали тормозной механизм для чего-то вроде тюнингованной «восьмерки», а не для суперкара.

Мы говорим — нет, мы хотим настоящие гоночные тормоза и ничего другого не хотим. Они начинают связываться с производителем и задавать ему дурацкие вопросы. Нам, говорят, надо, чтобы давление в скобе было 160 атмосфер. Зачем? А потому что нам надо. Просто существуют гидроблоки ABS, работающие с таким давлением, и если его ставить, то не нужно заниматься испытаниями и калибровкой.

Если резюмировать, то машина была нормальная, но не под их технологии. Финансирование было исключительное. В Valmet никогда не занимались таким инжинирингом (в основном сборочным производством) и решили, что за счет Marussia они этому обучатся. Не получилось.

К: Вы покинули Marussia Motors еще когда проект жил, в 2011 году. Что стало причиной ухода?

И.Е.: Я всю сознательную жизнь занимался автоспортом. С Николаем Фоменко мы знакомы с середины 90-х годов, когда он участвовал в проводимых АСПАС гонках на Воробьевых горах. В 2007 я показал ему Феникс и попросил помочь с продвижением. Он долго ходил вокруг Феникса, размышлял, и потом начался проект Marussia.

Мой основной интерес в проекте был в создании версии GT и участие в Чемпионате FIA. А в 2011 году было принято решение, что Marussia достаточно Формулы-1, и участия в Чемпионате FIA GT не будет. Так как наша российская Marussia к Формуле-1 не имела отношения (кроме названия — прим. ред.), то вопрос для меня отпал сам собой. Меня интересовал в проекте только спортивный аспект с моделью В1. Мы хорошо разошлись, и я благодарен Николаю за прекрасный опыт сотрудничества в проекте.

На фото: Marussia MR03 ‘2014

К: В принципе, существовал совершенно отдельный проект внедорожника Marussia, который, по идее, должен был придать всему проекту финансовую устойчивость. А с ним что не получилось?

И.Е.: Да, одной из моих текущих задач было создание действующего прототипа внедорожника F2. Он был сделан, участвовал в нескольких выставках. Потом я ушел и деталей не знаю — не интересовался. Беда проекта Marussia — проблема менеджмента, в основном среднего звена.

На фото: Marussia F2 (www.marussiamotors.ru)

К: Ранее сообщалось, что конструкторы Marussia участвуют вместе с ФГУП НАМИ в разработке автомобилей проекта «Кортеж». Известно ли вам об использовании ваших наработок в «Кортеже»? Есть ли в нем что-то от «Маруси»?

И.Е.: «Кортеж» — закрытый проект, и даже если бы я знал, то не смог бы говорить. В качестве комментария могу рассказать историю 1983 года. Рижский клуб антикварных автомобилей купил на ЗиЛе за 120 рублей бронированный ЗИС 115, который был там законсервирован с 1953 года. Финансовые вопросы решили за 2 дня, технические — за 1 день (зарядили аккумуляторы, долили бензин), и две недели снимали гриф секретности! Без «предпродажной подготовки», без проблем, автомобиль своим ходом доехал до Риги.

Marussia была хорошей школой, разработки превращались в «металл» буквально за недели. Можно было быстро проверить принятые решения. Около трех сотен человек конструкторов, дизайнеров, техников прошли через проект. Многие реально получили бесценные знания и опыт, многие успешно работают в «Кортеже» и серьезно выросли профессионально, уже будучи сотрудниками НАМИ.

К: А вообще в целом, со стороны, как вы оцениваете перспективы «Кортежа»? Видели ли вы их мотор V12, другие наработки? Верите ли вы в то, что эти машины дойдут хотя бы до мелкой серии?

И.Е.: Такой проект – машина для первого лица государства — не может быть не реализован. Мотор видел, машины видел, все достойно. Все реально.

История Marussia Motors — почему проект потерпел крах

С помощью гидроподъема клиренс можно было увеличить до 110 миллиметров.

Колесные диски собственного дизайна заказывались в Азии, а тормоза с гравировкой Marussia на разных прототипах были различных фирм. На принадлежащем Игорю Ермилину шасси номер шесть, например, стояли механизмы производства Wilwood. Как говорит Игорь Васильевич: «Как все у американцев — хорошее и недорогое». Тормоза немного теряются внутри колес, но тормозные диски большего диаметра приводили бы к слишком ранней блокировке при мощном замедлении.

Позже привлеченная для консультаций и инжиниринга фирма Continental, которая в том числе калибровала и испытывала для «Маруси» тормоза с АБС, настояла на более высоком давлении в тормозной системе, и вместо Wilwood на «Марусю» сначала попробовали ставить британские механизмы AP Racing, но в конце концов остановились на марке Alcon. Что вновь привело к удорожанию конструкции.

Первые прототипы оснащались сделанными по спецификациям Marussia Motors питерскими амортизаторами «Плаза» и они, по словам Ермилина, показали себя достаточно хорошо. Но на шестом шасси стоят пружины и амортизаторы, подобранные немцами из KW — они имели регулировки и изначально были рассчитаны на установку гидроподъема.

По словам Ермилина, специалисты KW были редкими поставщиками, которые не рассматривали сумасшедших русских как дойную корову, и выполняли все работы на совесть.

Предполагалось, что одним нажатием кнопки B1 сможет приподниматься над дорогой на пятьдесят миллиметров, чтобы легко преодолевать пандусы и перегибы многоярусных парковок. При этом с большинством лежачих полицейских «Маруся» расправляется и так.

На креплениях амортизаторов есть фиксаторы с эксцентриком, которые можно провернуть ключом на восемь, понизив подвеску еще на тридцать миллиметров, и где-то на четверть увеличив ее жесткость.

####Образно говоря, «Маруся» была готова в любой момент скинуть каблуки и отправиться на трек-день.

Панели кузова изготавливались из углепластика — одной матрицы хватало для производства где-то ста деталей. На этот же материал в перспективе собирались заменить и алюминиевые сэндвич-панели, используемые в конструкции монокока. Металл было легко «пилить» в процессе доводки, но когда конструкцию утвердили окончательно, инженеры спроектировали карбоновый монокок. Из-за закравшегося в расчеты лишнего нуля он получился слишком жестким и тяжелым, однако опробовать его «Маруся» в любом случае так и не успела.

Чтобы справиться с перегревом, у B1 распиливались воздуховоды и нарезались отверстия в капоте, помогавшие горячему воздуху быстрее покидать моторный отсек.

Примерно в то же время у прототипов начались прогнозируемые проблемы с охлаждением: по расчетам, размера воздухозаборников хватало для двигателя мощностью. сто пять лошадиных сил. К тому же, горячий воздух не спешил покидать моторный отсек через слишком маленькие отверстия сзади — вентиляции мешала сетка с очень мелким зерном.

Задний диффузор тоже был, по большей части, декоративным, и на высокой скорости на машину действовала подъемная сила — наступил 2009 год, а Marussia Motors спешила взлететь выше облаков.

B1 пока оставалась испытательным стендом и концепт-каром, который дал проекту лицо и импульс к дальнейшему развитию. Дальше планировался цикл доводки и испытаний, но от воодушевленного руководства поступил недвусмысленный сигнал: «Запускаем в серию».

Один из прототипов по минимальной программе прошел сертификационные испытания на Дмитровском автополигоне, включая устаревшую российскую процедуру краш-теста с ударом о несминаемый барьер со стопроцентным перекрытием. И у него, так или иначе, открылись двери и остались на местах педали и руль. Хотя, поговаривают, та машина была специально доработана под удар.

Пройти европейский краш-тест, по оценкам специалистов из фирмы Continental, у «Маруси» шансов не было, поэтому немцы доработали ее ремни и интегрировали перед водителем и пассажиром подушки безопасности.

При ударе о деформируемый барьер с 40-процентным перекрытием металлический каркас повело, но перегрузка для головы водителя составила восемьдесят процентов от критической.

В 2009 году Marussia B1 разгонялась, тормозила, поворачивала и уже осенью собиралась предстать на Франкфуртском автосалоне, пока за два месяца до выставки Николай Фоменко не объявил, что компании нужна еще одна машина — чтобы показать потенциал.

Рисуя Marussia B2, Максим Шершнев вдохновлялся формами истребителя-бомбардировщика Су-34, но технически эта машина отличалась от B1 только измененными под форму крыши трубами каркаса. Так или иначе, у Marussia Motors появилась вторая модель.

Активно испытывать машины на дорогах общего пользования начали уже позже, а пока доводкой «Маруси», по сути, занимался только сам Ермилин во время поездок на работу и домой.

Первая B1 была оснащена дверьми-гильотинами, но на последующих машинах ось подъема двери немного наклонили и они стали подниматься вверх и вбок, хотя проем до сих пор узковат.

Сколько их осталось? Многие «Маруси», включая первый концепт-кар, были разрезаны, но как минимум несколько машин в той или иной степени готовности остались у главных идеологов проекта. По одной «Марусе», по слухам, есть у генпрокурора Юрия Чайки, в ГОНе, у энтузиастов в Москве, Питере, Новосибирске и даже в США — набирается около двадцати.

Список скрипов, глюков и неполадок регулярно передавался инженерам и начинался порой мучительный поиск проблемы. Несколько дней, например, искали причины перегрева мотора при включенном кондиционере. Оказалось, не работал вентилятор охлаждения и стоящий перед радиатором двигателя радиатор кондиционера подогревал и мотор.

В салоне в этот момент было не лучше — на долю B1 выпала аномальная московская жара 2010 года с жутким смогом, но когда моторы закипели даже зимой на полигоне в Испании, поступила долгожданная команда резать воздуховоды. Сзади некоторым «Марусям» начали ставить антикрыло, чтобы добиться приемлемой прижимной силы.

Для B1 и B2 уже были доступны триста VIN-номеров, которые можно было присваивать живым автомобилям, но была другая проблема — ставить под капот клиентских автомобилей было нечего. Отношения с Renault в результате некорректного заказа и последовавших взаимных претензий были разорваны, купленные напрямую у Nissan моторы стояли на складе неукомплектованными, потому что производством коробок передач, блоков управления и других компонентов японцы сами не занимались.

Читать еще:  Honda Accord Hybrid 2017

Сборка «Марусь» на «Снежинке». Кое-где висели напоминания, что динамометрический ключ не нужно использовать в качестве молотка — квалифицированных кадров не хватало.

Проблему, казалось, еще можно было решить переговорами, но Фоменко обратился к знакомым из Cosworth, которые подготовили для Marussia 340-сильную «турбошестерку» GM объемом 2,8 литра.

Под нее, правда, не удалось подобрать коробку передач. Последним вариантом силовой установки был доработанный Lotus компрессорный тойотовский мотор, но у присланных агрегатов в качестве страховки выполнения сторонами обязательств были заблокированы блоки управления, поэтому тонким настройкам они не поддавались.

Параллельно к B1 и B2 постепенно прибавилась еще одна версия спорткара — Marussia B3, среднеразмерный и полноразмерный кроссовер, лимузин, электромобиль, а в Формуле-1 начала выступать команда Marussia F1 Team, которая поставила крест на гоночной машине для FIA GT, о которой так мечтал Ермилин.

Ходовой прототип Marussia F2 и его шасси от кроссовера SsangYong. Еще одна машина, которую без особой подготовки пытались запустить в серию.

При этом проекту не хватало самого главного — реального автомобиля, который можно было продавать. Даже когда в штате компании работало под четыре сотни человек, Marussia Motors больше напоминала кузовное ателье, которое на собственных ошибках учится делать ходовые концепт-кары, чем полноценное производство.

Выпускаемые в те годы машины дорого стоили, красиво выглядели и могли передвигаться, но когда дело доходило до доводки и серийного производства, руководство ставило невероятные сроки и начинало новый проект.

Силы и ресурсы размазывались тонким слоем, и, почувствовав, что он уже мало влияет на процесс, Ермилин покинул компанию, оставив о ней теплые воспоминания. Два прожитых года были полны увлекательных событий и задач.

Переделанный под сталь монокок периода работы с Valmet — работу заказали британскому подрядчику.

Редкие «Маруси». Силами тюнинг-ателье Total Race Marussia Motors пробовала поставить на ниссановский атмосферник две турбины и выжать больше 500 сил. Была и экспериментальная открытая B1: кузов просто оставили без крыши и достаточно грубо усилили, так что машина получилась тяжелой.

Последними разработанную им машину доводили до ума финны из Valmet, пытаясь адаптировать «Марусю» под свои сборочные возможности. Уже под их руководством инженеры в Москве внесли в конструкцию спорткара существенные изменения.

Алюминий был заменен на сталь, заклепки — на сварку, ступица с одной гайкой — на пять болтов, подрамники теперь крепились жестко, без опорных резиновых втулок, а двигатель — наоборот, лежал на опорах. Интересно, что результаты краш-тестов машин со стальным монококом были ужасающими, и их рекомендовали никому не показывать. Перед серийной машиной опять возникла пропасть — быстро доработать машину было невозможно.

Дальнейшую ставку Фоменко сделал на участие в проекте «Кортеж», но тендер и финансирование выиграл НАМИ, а денег на доработку «Маруси» больше не было.

Почему закрылся проект Маруся?

Если сказать вкратце, то дурость, непрофессионализм и русский авось — основные причины краха самого одиозного российского проекта. Но это все громкие слова, подтверждение которых, я постараюсь найти в истории развития суперкара Маруся.

Те, кто интересовался данным автомобилем знает, что идейным вдохновителем и в принципе, всей движущей силой проекта, был Николай Фоменко (шоумен, певец, актер, гонщик). Человек без инженерных знаний в области автомобилестроения, огромных финансовых вливаний, глубокой веры в проект и желания идти до конца, решил тягаться с такими корифеями данного сегмента как Феррари и Ламборджини. И вот итог, проект закрылся спустя 7 лет. Почему так вышло?

Начало истории Marussia

Ровно через год после объявления о создании российского суперкара, вышел первый прототип Маруся В1. Не продав ни одного экземпляра компания решила, что нужна еще одна модель и спустя короткий промежуток времени вышла Маруся В2, а в 2010 году внедорожник F2.

Маруся и Формула-1

В 2012-м году вышла новая модель для гонок Ф-1 под индексом MR-1, но она не прошла обязательный краш-тест и поэтому не смогла принимать участия в соревнованиях. Из-за череды неудач Р. Бренсон отказался от гоночной команды и Маруся осталась у разбитого корыта. Чтобы проект совсем не развалился, Фоменко решил заручиться поддержкой госбюджета и принять участие в проекте «Кортеж» (президентский лимузин с внедорожниками сопровождения). Совместно с НАМИ они выиграли тендер на постройку президентского лимузина, получателем государственных денег были НАМИ, а платформу поручили разрабатывать Марусе. Впоследствии НАМИ отказалась от услуг Фоменко и тот опять остался ни с чем. Сказать, что ему просто не повезло? Не думаю. Виной всему не правильная стратегия и ставка на ненадежных партнеров.

В апреле 2014-го года было объявлена о закрытии проекта. Компания набрала прилично долгов по зарплате, а так же перед инвесторами.

Причина краха Маруси

Во-вторых, непрофессионализм, дурость и русский авось. Проект строился эмоционально, без точных расчетов и какого-либо бизнес-плана (как у нас обычно бывает). Были совершены непоправимые ошибки, которые похоронили, подающий надежды, проект (ведение сразу несколько моделей, участие в Ф-1 и параллельных проектах).

В третьих, некачественные прототипы: плохая сборка, слабые двигатели, непродуманный интерьер и много-много проблем, связанных с самим автомобилем. Существует ролик в интернете, где обзор Маруси делают немцы, там автор указывает на явные проблемы автомобиля, свойственные бюджетным автомобилям класса-В.

И наконец, отсутствие профессиональной команды. Одно то, что руководителем инженерной группы был шоумен, а не конструктор автомобилей, говорит, что как такового суперкара не выйдет. Остальной персонал тоже не был светилами инженерной мысли, маркетологами от бога и грамотными управленцами. Как утверждали сами сотрудники, часть запчастей поставлялось из Китая, хотя были немецкие аналоги, одинаковые с ними по цене. В последствии такие детали оказывались не лучшего качества и от них приходилось отказываться.

В истории автомобилестроения было много проектов, подобных Марусе и все они канули в лету, даже без таких непонятных шагов, что предпринимал Фоменко. И правильным решением, было бы проанализировать их ошибки, взять все их плюсы и переложить на свои рельсы. Было бы не лишним изучить модель развития производителей, которые находятся сейчас на вершине олимпа. Взять к примеру историю Феррари. Они сперва стали учавствовать в местных соревнованиях, и по мере набора опыта и усовершенствования своих моделей, выходили на более высокий уровень. С недоработанной моделью в мировом автоспорте делать нечего и тем более с такими слабыми двигателям, которые могут посоревноваться лишь с тюнингованными седанами на светофорных гонках.

Кстати о двигателях. На Марусю сперва устанавливался турбированный ДВС объемом 2,8 литра мощностью 300 л.с (от Ниссан), далее начали ставить 360-сильный и турбированный 420-сильный моторы (Cosworth). С двигателей в 420 л.с. начинают историю, а не заканчивают.

При всех технических проблемах и недоработках, автомобиль уже на данном этапе стоил не мало (от 150 тысяч долларов) и нашем горе конструкторам, бы выпустить на рынок модель с ценой себе в убыток (как делает большинство производителей), чтобы компенсировать хоть какие-то издержки на производство и занять определенную нишу в рынке. Но нет, русская душа широка и подобные идеи воспринимались как ересь. От зарубежных маркетологов поступали предложения о выпуске на рынок Маруси с ценой в 50-80 тысяч долларов (по курсу на 2009 год) с целью завоевания российского покупателя. Тем более, что ниша мощных и достаточно недорогих спортивных автомобилей в России не занята отечественным производителем. Это послужило бы отличной базой для последующего старта. Но амбиции не позволили довольствоваться малым. Итог печален.

Куда делась Marussia?

Проект Marussia Motors начинался очень эпатажно. Звучали громкие заявления, строились амбициозные планы. Организатор компании шоумен Николай Фоменко хотел выпускать и продавать по 500-700 суперкаров в год, составив таким образом серьезную конкуренцию Lamborghini, Ferrari и Porsche.

Однако громкие речи закончились ничем. Через 7 лет компания обанкротилась. Почему это произошло? Кто виноват? Могли ли российские «Маруси» на равных конкурировать с зарубежными аналогами? Давайте разбираться.

История компании Marussia Motors

Компания Marussia Motors (Маруся Моторс) была основана в 2007 г. актёром, шоуменом и гонщиком Николаем Фоменко и предпринимателем Ефимом Островским. Компания планировала заниматься производством спорткаров под маркой Marussia.

Уже через год был представлен первый автомобиль Marussia B1, чуть позже было объявлено о выпуске второго варианта суперкара B2. Летом 2010 года был презентован концепт кроссовера Marussia F2. Но ни один из этих автомобилей так и не вышел в массовое производство.

Однако Николая Фоменко это не останавливало. Он постоянно делал эпатажные заявления и убеждал всех, что его компания скоро будет конкурировать с мировыми брендами.
В конце 2009 г. Marussia Motors стала партнером Virgin Racing Ричарда Брэнсона и приняла участие в Формуле-1. Новая команда начала называться Marussia Virgin Racing, а Николай Фоменко стал в ней главой инженерного подразделения.

Сезон 2011 года завершился для команды не очень удачно, она не набрала очков. В 2012 году машина команды Маруся MR-01 не прошла обязательные краш-тесты, поэтому не смогла участвовать в заключительных заездах.

Но череда неудач не останавливала Фоменко. Хотя он и понимал, что дела идут неважно, но думал, что новые источники финансирования решат проблемы. Его компания совместно с НАМИ выиграла тендер проекта «Кортеж» по созданию отечественного лимузина для президента РФ и джипа сопровождения для охраны.

В дальнейшем планировались производство представительских авто для всех желающих. Однако получателем бюджетных средств (12 миллиардов рублей) стал государственный НАМИ. Директор НАМИ Максим Нагайцев отказался от услуг Marussia, поэтому Фоменко опять оказался у разбитого корыта.

Но шоумен не унывал. В начале 2013 г. компания пыталась получить заказ от Минобороны на разработку тактико-технических средств к многоцелевому вседорожнику («Суша-2»). Но это, скорее, напоминало агонию в попытке отыскать деньги. Ведь компания Marussia, в принципе, не могла в полной мере удовлетворить все требования военных закупщиков.

8 апреля 2014 г. Фоменка заявил о закрытии Marussia Motors. Работа над проектами была прекращена. Сотрудникам перестали платить зарплату. Долго продолжались судебные разбирательства, по которым Николай Фоменко должен быть выплатить банку «Петрокоммерц» 65,5 млн. руб. за кредит, предоставленный еще в 2011 году. Но на днях Мосгорсуд отменил это решение, поскольку правопреемник банка Павел Губнин отказался от исковых требований.

Увы, Маруся повторила судьбу всех отечественных автопроектов последних лет. Попытки создания гоночного болида «Lada Revolution», шикарного «Руссо-Балта», бюджетного «Мишки», а также экологичного «Ё-мобиля» также закончились провалом.
От проекта по производству отечественного суперкара остались только 30 тестовых вариантов Marussia B1, B2, один F2, аналог B2 в известной игре Need for Speed, а также множество красивых фотографий в интернете.

Почему проект Marussia потерпел крах?

Давайте попробуем разобраться, что же послужило причиной подобного бесславного финала. Можно выделить несколько основных причин провала компании:

    Ключевой причиной провала является неправильный выбор стратегии развития компании. Нельзя заниматься производством спорткаров без серьезной технической и финансовой поддержки. Это приведет к провалу — вопрос только во времени, когда наступит крах.

И доказательств тому уйма. Marussia – это не первая и, увы, не последняя компания, павшая жертвой выбора неправильной стратегии. Несколько лет назад обанкротилась голландская фирма Spyker, которая тоже грезила славой Ferrari. А компания Venturi из Франции наглядно доказала, что небольшое количество проданных спорткаров и участие в Формуле-1 ведут к катастрофе. Казалось бы, на ошибках нужно учиться, но компания Николая Фоменко один в один повторила ошибки своих предшественников.

  • Задор, безрассудство, недальновидность и отсутствие предпринимательской хватки Николая Фоменко. Безусловно, в банкротстве компании лежит определенная вина и на ее создателе. Marussia фактически полностью была детищем Фоменко. Он генерировал большинство идей, находил партнеров и финансирование, но при этом допустил много тактических и стратегических ошибок, сыгравших роковую роль в судьбе его фирмы.
    • Николай постоянно делал громкие заявления, но забыл, что, ввязавшись в этот проект, он перестал быть шоуменом. Ему нужно было стать бизнесменом, который не просто бросается пустыми фразами, а доказывает все реальными делами. Но это ему не удалось. Он так и остался шоуменом.

    О чем можно говорить, если у него не было никакого бизнес-плана. Весь проект развивался по воле случая. Не понятно, каким образом он планировал продавать более 500 спорткаров ежегодно. К тому же в разных странах. Такие тиражи не снились Ascari, Wiesman, Noble, Gumpert, Caparo даже вместе взятым. Почему тогда Фоменко решил, что его «Маруся» станет такой популярной? По всей видимости, это было лишь его мечтой.

    Читать еще:  Особенности безопасной перевозки новорожденных в автомобиле

    Причем следует отметить, что Николай долгое время работал главным редактором солидного автомобильного издания, поэтому наверняка знал, что на мировом рынке спорткаров сливки снимают только крупные игроки (Ferrari, Porsche, Lamborghini), а всем остальным приходится довольствоваться только крохами с царского стола.

    Но Николай Фоменко все равно регулярно делал такие заявления, которые многих экспертов приводили в недоумение. Если, конечно, рассматривать их с позиции шоумена, то такой голословный пиар может быть уместным, однако это показывает, что предприниматель из Николая никакой.

    • К ошибкам также можно отнести оснащение Marussia двигателями со слабой мощностью. 300-сильная силовая установка Nissan для спортивного автомобиля явно слабовата. Ведь некоторые хэтчбеки оснащены более мощным мотором.

    Позже начали устанавливать 360-сильный мотор Cosworth и турбомотор на 420 «лошадок», но они не смогли кардинально улучшить положение Marussia. С такого двигателя (возможно, даже более мощного) нужно было начинать, но не заканчивать.
    Следующая ошибка – работа по разным направлениям. Ещё не довели до ума Марусю B1, как начали разрабатывать модель В2, внедорожник F2 и участвовать в Формуле-1. Не может небольшая компания с ограниченным финансированием одновременно производить несколько моделей и участвовать в Формуле. Это безумие. Причем следует отметить, что на то время не было продано ни одного автомобиля.

    Тут можно привести пример компании Gumpert. Её создатель Роланд Гумперт сотрудничал с Audi и несколькими научными институтами. Он основательно подошел к самому проекту (с традиционной немецкой педантичностью).

    Его спорткар Gumpert Apollo вызвал много восторженных откликов, поскольку автомобиль действительно получился хорошим. При этом Гумперт вел себя довольно сдержанно, не делал громких заявлений, не участвовал в Формуле-1 и всячески рекламировал свою разработку. Но даже при таком взвешенном и продуманном подходе компания Роланда Гумперта разорилась. Это очередной раз доказывает сложность осуществления таких проектов.
    Отсутствие компетентной команды. Николая окружали люди, которые не могли ему возразить. Поэтому в компании было много некомпетентных сотрудников, что и стало одной из причин банкротства «Маруси».

    Как рассказывали работники компании, они закупали оборудование из Китая по ценам немецких аналогов. Но затем выяснялось, что купленное оборудование не работает должным образом. Закупили английские и итальянские запчасти, а они оказывались не нужными.

    С таким подходом далеко не уедешь. Вот «Маруся» никуда и не доехала. После банкротства компании прототипы незаконченных суперкаров хранятся в полузаброшенных складах или вовсе стоят под открытым небом.

    Могло ли все закончиться успехом?

    Да, могло! Точно никто не знает, сколько средств потеряли инвесторы, которые поверили в этот проект. Однако сумма может измеряться сотнями миллионов долларов. А ведь нужно было просто потратить эти деньги с большей выгодой.

    Для начала нужно было запустить в производство хоть одну модель. Только ее надо было полностью доработать и тщательно протестировать. Какое-то время можно было ее продавать даже в убыток. Ничего страшного. Это вполне нормальная мировая практика. Многие автопроизводители сначала так и делают.
    Но русская душа захотела всего и сразу. Автомобиль не был еще доведен до ума, а его цена уже составляла 4,5 миллиона рублей (150 тысяч долларов по тогдашнему курсу). Это крайне дорого. Хотя Николай и заявлял, что нашел 500 покупателей. Но, скорее всего, его слова были очередным пиаром. Вряд ли кто-то готов был выложить такие деньги в кризисном 2009 году.

    Но однозначно нашлись бы покупатели на качественный 500-сильный отечественный автомобиль за 60-80 тысяч долларов. Нужно было только хорошо разрекламировать спорткары. А на рекламу деньги были, так как не пришлось бы тратиться на Формулу-1 и разработку внедорожника.

    Конечно, нужно было набраться терпения. За несколько лет бренд Marussia получил бы популярность и закрепился на рынке. Только после этого можно было повышать цену и браться за разработку новых моделей.

    Самоокупаемость таких проектов – долгий процесс, причем не всем компаниям удается получить прибыль. К примеру, Lamborghini окрепла только после сотрудничества с Audi, а ведь за этой компанией стоит немецкий концерн Volkswagen с огромнейшими ресурсами. Тот же McLaren начал полномасштабный выпуск авто только после финансовых вливаний арабских инвесторов.

    Однако Николай Фоменко не хотел ждать. Ему хотелось всё и сейчас, но так не бывает.
    Ему нужно было начать эту бесславную эпопею с проведения маркетингового анализа, чтобы четко понимать, что и за какую цену нужно рынку. Хотя опытному Роланду Гумперту даже тщательный анализ не помог избежать банкротства. И не ему одному.

    Стоит отметить, что Николай Фоменко, похоже, особо не расстраивается по поводу краха Marussia Motors. Ведь уже сразу после объявления о банкротстве он со своей группой «Секрет» дал большой юбилейный концерт. Сейчас Николай снимается в телепрограммах, в кино, играет в спектаклях. Он по-прежнему неутомим, хотя имеет уже трех внуков. А свою любовь к автомобилям он наверняка еще реализует.

    Выводы

    Производством спорткаров могут заниматься только истинные энтузиасты. В большинстве случаев они разоряются, но без них было бы скучно. Возможно, история Marussia еще не закончилась окончательно, и в России появятся свои достойные спорткары.

    Отрицательный опыт придает мудрости. Если кто-то из русских в будущем захочет снова создать настоящий отечественный спорткар, пусть тщательно изучит ошибки своих предшественников. Только тогда все получится!

    Ставьте лайк, Подписывайтесь на канал « Транспортофилия «. Каждый день: история транспорта, новинки, рассказы, юмор.

    Автомобили

    АвтоРынок

    «Ё-авто» и Marussia отчислили в институт

    Провалившиеся проекты «Ё-мобиль» и Marussia Motors станут частью института НАМИ

    Проект «Ё-мобиль» окончательно закрыт. «Газета.Ru» писала об этом еще в феврале, однако только сейчас стало известно, что все разработки компании по символической цене передаются государству — в институт НАМИ. Туда же уходят и сотрудники компании Marussia Motors, которая, как стало известно в понедельник, также прекращает свое существование.

    Конец «Ё-мобиля»

    В понедельник стала известна окончательная судьба нашумевшего автомобильного проекта бизнесмена Михаила Прохорова «Ё-мобиль». О том, что задуманная им идея народного автомобиля фактически потерпела крах, «Газета.Ru» со ссылкой на свои источники в компании сообщала еще в феврале. Оставалось неясным, какая судьба ждет материальные и интеллектуальные активы, созданные в рамках проекта на его начальном этапе.

    Подробнее:

    Проект «Ё-мобиля» может быть закрыт из-за проблем с финансированием

    В итоге вся конструкторская документация, а также исключительные права на уникальные разработки кузова и шасси «Ё-мобиля» группа ОНЭКСИМ, которая владела 85% акций дочерней структуры «Ё-Авто», продала ФГУП «Центральный научно-исследовательский автомобильный и автомоторный институт (НАМИ)».

    Амбициозный проект доступного российского гибридного автомобиля был продан за символическую сумму €1. Недостроенный завод под Санкт-Петербургом, на котором должны были производиться «Ё-мобили», также продадут.

    В ОНЭКСИМе продажу нашумевшего актива объяснили тем, что окончательно поняли, что выпуск «Ё-мобиля» не будет рентабельным. Реальная продажная цена машины с учетом рыночной конъюнктуры, по расчетам, составила бы примерно 1 млн руб., хотя первоначально планировалось, что стоимость автомобиля не будет превышать 400 тыс. руб.

    Между тем ранее в «Ё-Авто» отмечали, что уникальные разработки, а именно суперконденсаторы и электрическую трансмиссию, могут продать одной из зарубежных компаний.

    Конкретные предложения по приобретению технологий, по словам руководителей проекта, поступали от иностранных фирм, но в ОНЭКСИМе принципиально решили оставить все наработки в России.

    НАМИ был выбран не случайно: еще одна дочерняя компания, «Ё-Инжиниринг», ранее уже имела совместные с институтом проекты, к примеру по разработке платформы для автомобилей правительственного проекта «Кортеж» и проектированию электрического двигателя для гибридной модификации Lada Granta. Кроме того, НАМИ занимался технической экспертизой «Ё-мобиля».

    Как заявили «Газете.Ru» в пресс-службе НАМИ, поскольку передача прав на технологии «Ё-мобиля» состоялась совсем недавно, в институте еще нет четкого понимания того, как именно эти разработки будут применяться.

    Тем не менее в НАМИ уверены, что ни одно из технических решений не пропадет даром и все они будут успешно использоваться на благо российской автомобильной промышленности.

    Стоит отметить, что в окружении Михаила Прохорова в понедельник поспешили откреститься от получившего скандальную известность проекта. По словам пресс-секретаря бизнесмена Татьяны Кособоковой, он вышел из группы ОНЭКСИМ еще в 2011 году в связи с выборами в Госдуму.

    «Соответственно, все проекты компании ОНЭКСИМ непосредственного отношения к Михаилу Прохорову не имеют. Он не занимается оперативным управлением и не принимает решений. Тем не менее проект «Ё-мобиль» мы не считаем провальным, это самая крупная венчурная (рисковая) инвестиция, проведенная в России за последние годы. Как венчурный проект «Ё-мобиль» свою функцию выполнил», — заявила Кособокова.

    Сам проект стартовал еще в апреле 2010 года, когда Прохоров объявил о разработке народного автомобиля. В декабре того же года он представил три образца будущего автомобиля в трех вариантах кузова — фургон, кросс-купе, хетчбэк. В 201 году начался сбор предзаявок на будущий автомобиль: их число в общей сложности превысило 200 тыс. Производство машин должно было начаться в 2012-м, однако неоднократно переносилось вплоть до 2014 года.

    Проект «Ё-мобиля» для Прохорова был важен с точки зрения налаживания отношений с государством, что как раз и подтверждается безвозмездной передачей всей документации по проекту государственной организации НАМИ, считает президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.

    «Этот проект был завязан на политических амбициях Прохорова, но как к политической фигуре никто к нему сегодня серьезно не относится, поэтому и терять ему сейчас в этом плане особо нечего, — заявил «Газете.Ru» Ремизов. —

    В то же время Прохоров никогда не был автором бизнес-проектов в промышленной сфере, поэтому никаких особых ожиданий у государства и у бизнеса, связанных с его деятельностью, не было и нет».

    Крах Marussia Motors

    Помимо «Ё-мобиля» НАМИ в ближайшее время пополнится еще одним участником правительственного проекта «Кортеж» — компанией шоумена и гонщика Николая Фоменко Marussia Motors.

    Как стало известно в понедельник, из-за отсутствия финансирования и прекращения выплаты заработной платы из компании массово увольняются сотрудники.

    Практически весь состав конструкторского бюро компании переходит в НАМИ, чтобы продолжить работу над «Кортежем».

    Как рассказал «Газете.Ru» один из уволившихся сотрудников компании, проблемы начались еще летом 2013 года — тогда всех сотрудников отправили в неоплачиваемый отпуск. С тех пор в компании, известной своими концептуальными спорткарами, были постоянные перебои с зарплатой, а за последние два месяца уволившихся инженеров так и не рассчитали.

    Примерно в это же время, летом прошлого года, по словам источника, все договоренности о подготовке производства автомобилей Marussia на финском предприятии Valmet Automotive были прекращены.

    «Нас никто не увольнял — просто перестали платить зарплату и отказались что-либо обещать. Никто не объяснил нам, что происходит с компанией, какие проблемы с финансированием — сам Фоменко вообще ни слова не сказал.

    Подробнее:

    Опубликованы первые фотографии макетов моделей правительственного проекта «Кортеж»

    Сейчас в конструкторском бюро осталось семь человек, а было примерно пятьдесят», — рассказал бывший инженер Marussia Motors.

    «Не исключено, что Marussia Motors будет продана вместе с командой гонок «Формула-1». Однако продолжать разработку спорткаров новой команде будет очень тяжело: им придется начинать все практически с нуля», — предположил собеседник.

    По его словам, на то, чтобы завершить разработку модели B2 и запустить ее в серийное производство, компании было необходимо еще два-три года.

    За все время существования проекта в Росcии было продано всего четыре автомобиля. За границей, насколько мне известно, ни модель B1, ни B2 так никто и купил. В общей сложности было произведено около 20–30 опытных тестовых экземпляров.

    Что до проекта «Кортеж», то в Marussia Motors в последние месяцы велась работа над созданием автомобилей, но дальше эскизов дело не продвинулось.

    Схожая судьба постигла и еще один амбициозный проект бюджетного автомобиля — «Мишка», который курировал известный шахматист Анатолий Карпов. О старте проекта, который предусматривал производство машин стоимостью 200 тыс. руб., стало известно еще в 2003 году. Автомобили «Мишка» якобы даже получили сертификацию. Однако начиная с 2011 года никаких заявлений о судьбе «Мишки» не было. На данный момент проект фактически не закрыт, но ни о каких разработках или подготовке к запуску в производство речь не идет, сообщил «Газете.Ru» источник, знакомый с ходом проекта.

    Большая часть сотрудников конструкторского бюро компании собираются продолжить работу над «Кортежем» уже в НАМИ. Однако комментировать трудоустройство инженеров и дизайнеров, покинувших Marussia Motors, в НАМИ в понедельник наотрез отказались.

    Источники:

    http://fastmb.ru/autonews/autonews_rus/1138-istoriya-marussia-motors-pochemu-kompaniya-poterpela-krah.html
    http://www.kolesa.ru/article/marussia-ne-sostoyalas-iz-za-menedzhmenta-rossijskij-superkar-glazami-konstruktora
    http://motor.ru/stories/marussia.htm
    http://autoburum.com/blog/409-pochemu-zakrylsa-projekt-marusa
    http://zen.yandex.ru/media/id/5d8cef73d7859b00b0b0fba6/5dd82a0ff2f297624599be7f
    http://www.gazeta.ru/auto/2014/04/07_a_5983153.shtml

    Ссылка на основную публикацию
    Статьи c упоминанием слов:
    Adblock
    detector